Репортаж из зоны отчуждения, которую открыли для туристов

>

На днях польский студент Адам специально приехал на Гомельщину, чтобы попасть в Чернобыльскую зону отчуждения. В прошлом декабре эту территорию открыли для посетителей уже и с белорусской стороны. За четыре месяца тут побывало около 80 туристов. Большинство из них — иностранцы.

В группе с Адамом еще шесть туристов. Сегодня все они проснулись пораньше, чтобы с утра приехать из Хойников, где ночевали, в Полесский государственный радиационно-экологический заповедник.

— Вчера мы гуляли по отселенным деревням, заходили в пустующие дома, — описывает первый день экскурсии гид польской группы Николай.

Сам Николай в Чернобыльской зоне уже девятый раз. Шесть из них он был здесь со стороны Украины. Молодой человек в обычной куртке, кепке. Шутит, никакой специальной обуви или одежды в такие поездки не надевает.

Николай — гид польской группы

— Доза, которую получает человек здесь за 7−8 часов, сопоставима с двухчасовым полетом на самолете, — объясняет на примере гид. — Главное — соблюдать все правила радиационной безопасности.

— Что это значит?

— Например, не класть вещи на землю, не пить из открытых источников.

Фирма, где работает Николай, занимается туристами-экстремалами шестой год. В их списке маршруты в Японию и Украину, а с февраля — еще и на Гомельщину. Желающих посетить зону отчуждения со стороны Беларуси, не скрывает собеседник, пока немного: направление новое, но интерес к нему растет.

Чтобы попасть на экскурсию, иностранцам нужно получить пропуск в Погранкомитете. Но территорию двух маршрутов предлагают исключить из погранзоны

— Путешественников здесь пускают на максимально чистые территории, — описывает белорусские экскурсии собеседник. —  Хотя, как по мне, даже в грязных местах дозовые нагрузки на организм человека не смертельны. Есть люди, которые любят цифры. Они бы не отказались поехать туда, где «звенят» дозиметры.

Заброшенная школа в зоне отчуждения

— А кто вообще ездит на такие экскурсии? — спрашиваем у Николая.

— Те, кто интересуется историей катастроф, и экстремалы, которые хотят увидеть то, чего нет в обычной жизни, — описывает своих клиентов гид. — Людей привлекает атмосфера заброшенности, дикой природы. Да и сама радиация тоже влечет. Говорят, скоро тут будут выдавать накопители, чтобы человек видел, какую дозу получает. Для туристов это тоже интересно.

В зоне сохранились старые письма

Пока же группу иностранных посетителей интересует исключительно маршрут. Сверху припекает солнце, снизу жадно пробивается первая в этом году трава, поляки забираются в уазик — главный транспорт здешних дорог. Впереди у них семь часов пути, на пути — несколько деревень.

«Возраст для экскурсий — 18+»

Экскурсии пока проводят научные сотрудники. Если туристов будет много, в заповеднике появится экскурсовод

У журналистов своя дорога. Точнее, маршрут, где иностранцы были вчера. От КПП «Майдан» до первого населенного пункта километров 50. За окнами автобуса — густой лес. Если не знаешь, вряд ли скажешь, что лет 30 назад эта территория оказалась в зоне техногенной катастрофы. Вот под хвойкой белеют пролески. Чуть дальше — пробегает лось.

— Интерес к посещению зоны был всегда, — Петр Николаенко, замначальника Департамента МЧС по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, объясняет, почему зону отчуждения все-таки открыли. — В Украине, например, такие экскурсии проводят уже лет десять. В год Чернобыльскую зону там посещает около 60 тысяч туристов. Да и для заповедника это дополнительный заработок.

Специалисты не скрывают: конкурировать с украинцами белорусам будет сложно. Все-таки там «в экспозиции» город Припять. Да и на атомную станцию уже можно зайти. Наши фишки — нетронутая природа и самобытность края.

За четыре с половиной месяца «мертвые» земли с белорусской стороны посетило 16 групп. Большинство из них из Польши. Были посетители из Украины, России, Германии и США. Сейчас собираются приехать из Нидерландов.

— На днях звонили россияне: «Можно мы семьей приедем?» Можно, отвечаем, только без детей, — вспоминает разговор Максим Кудин, замдиректора по научной работе Полесского радиационно-экологического заповедника, и предупреждает: — Возраст для экскурсий — 18+.

«Обычно получается 50−60 рублей на человека»

На маршруте можно встретить лося, косулю, дикого кабана

Туристам предлагают два маршрута, в планах — проработать еще столько же. Длина каждого пути — примерно 150 километров.

В маршруте 4−6 деревень, точнее — отселенных населенных пунктов. У большинства из них свои особенности. Вот, предположим, в Красноселье стоит пожарно-наблюдательная вышка высотой 35 метров. Если на нее подняться, увидишь 4-й энергоблок. Дальше — Оревичи, что раскинулись на берегу Припяти. Из интересных объектов здесь большая насосная станция.

Чтобы попасть в зону отчуждения, у простого белоруса есть два пути. Первый — через турагентство. Второй — позвонить в заповедник и записаться на экскурсию. Ждать одобрения придется 3−4 дня. Примчаться «знянацку» и сразу поехать по пустым деревням не получится. Пусть даже вы с ходу готовы выложить 340−350 рублей (столько стоит семичасовая экскурсия) — без согласования нельзя.

Чаще всего люди приезжают в зону группами. Цена экскурсии при этом делится между всеми участниками. Правда, если посетителей набирается больше 10, стоимость общего билета возрастает до 550−570 рублей.

— Обычно получается 50−60 рублей на человека, — переходит к цифрам Петр Николаенко. — Если кто-то приехал один и хочет оплатить день полностью, мы не против, но с декабря был всего один такой посетитель.

В стоимость входит транспорт, сопровождение, а также дозиметрический контроль кожи и одежды, который нужно пройти в конце экскурсии. Дополнительно человек может приобрести спецодежду и респиратор.

«Во время экскурсии просим людей не отклоняться от маршрута»

А в нашем маршруте остановка — Драньки. Официально — отселенно-населенный пункт. По-простому — деревня-призрак. Глухая улица, на ней потрепанные временем и мародерами дома. До аварии здесь жило 232 человека.

— Все эти 30 лет состояние построек никто не поддерживал, — на месте рассказывает Максим Кудин. — Чтобы все было безопасно, в каждой деревне специалисты подыскали по несколько крепких объектов. Тут не только дома, но и животноводческий комплекс, паромная переправа. Во время экскурсии специалисты всегда просят людей не отклоняться от маршрута.

На самом деле идти строго по маршруту сложно, ведь перед тобой открыта дверь в каждый дом. Казалось бы, хочешь — заходи, и даже без стука. Но один момент все-таки останавливает. В договоре прописано: покупая тур, посетитель снимает с заповедника ответственность за свое самочувствие.

— Насколько безопасным в итоге получается маршрут?

— Чем дальше по маршруту, тем больше мощность дозы. Тут она в 2−6 раз превышает естественный гамма-фон, — рассказывает Максим Кудин и заверяет, что для посетителей подобрали самые безопасные места.

В прошлом году на Радуницу, когда зону отчуждения открыли на несколько дней, кладбища здесь посетило около 14 тысяч человек

— Вчера мы были с экскурсией в поселке Солнечный. Когда в конце измеряли уровень радиации, прибор показал 0,15 мкЗв. Во время рентгена человек получает дозу в 3−4 раза больше, — объясняет на цифрах Петр Николаенко. — Не стоит забывать, что у нас здесь работают люди. Каждый из них носит накопитель, который считает дозу, что получает человек. Норма для персонала — 5 мЗв (5000 мкЗв). Но на моей памяти, никто никогда столько не набирал.

— Чистые, — проверив «на радиацию» нашу кожу и одежду, говорит в конце экскурсии сотрудник станции дезактивации.