«Боялся, что не отдадут тело». Родители умершего в Германии парня остались должны клинике 150 тысяч евро

>

Эта статья должна была рассказывать другую историю. С печальным началом, но счастливым концом. 27-летний Саша Поливко должен был успешно перенести операцию по пересадке костного мозга в немецкой клинике, пройти курс лечения, вернуться в Иваново, получить второе высшее образование и прожить достаточно долго для того, чтобы забыть, что в его жизни когда-то была медицинская карточка с диагнозом «апластическая анемия сверхтяжелой формы». Об этом должна была быть статья, но 11 июля Саши не стало. Он умер в палате больницы Ганновера на глазах у родителей. Домой они вернулись без сына и с долгом за лечение в клинике в 150 тысяч евро.

История Саши попала в интернет в начале года. На страницах благотворительных порталов родители парня разместили информацию о сборе средств на лечение сына. В комментариях под новостью люди оставляли Саше ободряющие комментарии. «Держись, парень», — писали одни. «Не сдавайся», — вторили им другие. «Все получится», — поддерживали третьи. Саша до последнего держался, не сдавался. Не получилось.

— Он умер в четверг, — вздохнул отец парня Сергей Константинович. — Я думал на своей машине его привезти. Оказалось, что я не имею права этого делать. Нужно очень много документов и разрешений получать. Только если кремировать и везти домой урну с прахом. В белорусском посольстве мне дали номер телефона, я позвонил в Минск на фирму. Мы с ними заключили договор. Стоимость (доставки тела. — Прим. TUT.BY) — 4 тысячи евро. Они начали моим вопросом заниматься с понедельника. Из Германии Сашу в цинковом гробу отправили в Москву. Из Москвы другим самолетом он прибыл в Минск. Завтра (18 июля. — Прим. TUT.BY) его привезут домой.

«Лечение будет стоить 300 тысяч евро»

Саша заболел внезапно. Раньше проблем со здоровьем у парня не было, а летом прошлого года стал жаловаться на недомогание.

— Ему дома нездоровилось. Думали, что желтуха, положили в инфекционку в Иваново. Крутили-крутили, отправили на Брест. Там тоже ничего не определили, направили в Минск. Он как раз туда на сессию поехал, зашел в частный медицинский центр, его уже отправили в инфекционку Минска, оттуда — в девятую городскую, — перечислил Сергей Константинович больницы, в которых побывал его сын.

Фото из семейного архива

В сентябре 2018 года белорусские медики поставили Саше диагноз: апластическая анемия сверхтяжелой формы. Болезнь редкая. Встречается в 2−6 случаях на миллион в год.

Саша нуждался в операции по пересадке костного мозга, объяснил отец. Близкие родственники оказались несовместимы, пришлось искать неродного донора.

— В Беларуси мне объяснили, что эта процедура долгая. Я говорил: «Давайте не будем терять время, давайте я найду донора, заплачу и за донора, и за операцию. Я все оплачу, а вы делайте». Сказали, что не положено, — рассказал собеседник.

Время уходило, и родители стали искать выходы на иностранные клиники. Дальняя родственница Сергея Константиновича работает в Германии врачом. Она помогла попасть в клинику в Ольденбурге, где занимаются пациентами с Сашиным диагнозом. 12 декабря парня выписали из минской больницы для дальнейшего лечения в зарубежной клинике.

В Ольденбурге Саша провел две недели, а затем ему предложили обратиться в клинику в Ганновере.

— Врач нас посмотрел, а у нас — и бактерии, и целый букет… Сказали, что лечение будет стоить 300 тысяч евро, — объяснил отец.

Родители Саши продали квартиру, машину, погрузчик, взяли взаймы у родственников, друзей, знакомых, открыли благотворительные счета для сбора пожертвований. В итоге нужную сумму удалось собрать.

— Все, что можно было, мы продали. Этого, конечно, не хватило. Люди собирали деньги в соцсетях, соседи ходили собирали, друзья помогли, — вздохнул Сергей Константинович.

«15 минут прошло, и Саши не стало»

В Германии парню нашли совместимого донора и провели трансплантацию. Операция по пересадке прошла успешно — донорский костный мозг стал приживаться. 17 апреля Сашу выписали из клиники на амбулаторное лечение с еженедельным контролем. Поначалу все шло спокойно, но затем в крови парня возбудился вирус, который поражает иммунную систему. В течение шести недель врачи боролись за жизнь Саши.

— 28 июня ему стало плохо. Врачи сказали: «Все, ваш сын сегодня умрет». Никаких ресурсов у него не было, терапия не помогала. Он лежал, какие-то минимальные лекарства ему компьютер выдавал, а терапию ему отменили. А к вечеру резко его анализы улучшились, начал бороться. Стал оживать. Ему тут же назначили новую терапию, предложили экспериментальное лекарство. Я согласился — выхода не было, — поделился отец.

Новая терапия потребовала дополнительных затрат на дорогостоящие лекарства. Кроме того, Сашу перевели в реанимацию, один день пребывания в которой стоил около 7 тысяч евро, рассказал Сергей Константинович.

11 июля родителей парня позвали в финансовый отдел больницы, где сообщили, что сверх собранных 300 тысяч евро на тот день было потрачено еще 150 тысяч.

— Я сказал, что у меня нет таких денег, что у нас в Иваново хорошая зарплата — это 300 евро в месяц, что все, что могли, мы уже продали, а брать взаймы больше не у кого.

Из финотдела родителей позвали в кабинет к лечащему врачу, который сообщил папе и маме плохие новости:

— Оказалось, вирус поразил Сашины легкие. Легкие уже все… Нет их. За него дышала машина. Я говорю: «Давайте трансплантацию, я где-то читал, что можно половину легкого пересадить, я отдам свою половину, берите, пересаживайте». Для этого нужно было время, а его у Саши не было. Врач нам сказал, что у него счет идет не на дни или часы, а на минуты. Сказали: «Хорошо, если еще полчаса протянет». Мы побежали в палату, нам показали шприц в компьютере, объяснили, что как только он закончится, то все. Жена с одной стороны кровати стояла и держала сына за руку, я с другой. 15 минут прошло, и Саши не стало.

Сергей Константинович обратился в белорусское посольство, где ему дали контакты минской фирмы, которая занимается ритуальными услугами, чтобы решить вопросы с транспортировкой тела на родину:

— Я очень боялся, что мне не отдадут тело. Сказали бы: «У вас тут долг, а вы иностранный гражданин». Боялся, что мне скажут: «Заплатишь, тогда заберешь». Но даже намека на это не было. Отнеслись по-человечески, сказали: «Решайте пока свои вопросы, занимайтесь похоронами, а финансовые вопросы утрясутся позже». Как они будут утрясаться, я понятия не имею, — объяснил Сергей Константинович, добавив, что претензий к немецким врачам у него нет. — Врачи реально сделали все что возможно. При мне все капалось, все делалось. И немцы не сказали: ребята, ваши 300 тысяч евро закончились, давайте или деньги несите, или мы отключаем.

«Заплатить такую сумму просто не смогу»

После возвращения в Беларусь немецкая клиника с семьей Поливко не связывалась. Как будут решаться финансовые вопросы с оплатой долга за лечение, они не знают. Пока у родителей на руках нет даже счета из клиники на дополнительные 150 тысяч евро расходов:

— Счет нам должны были подготовить через несколько дней. Я его не ждал. Я видел, на что деньги были действительно потрачены, а бумажка мне уже ни к чему, — объяснил собеседник.

Сумма для семьи неподъемная. Мама Людмила работает учителем в школе, Сергей Константинович до болезни сына занимался предпринимательством, продавал двери. Когда встал вопрос о лечении в Германии, отец временно приостановил свой бизнес, чтобы быть рядом с Сашей. После похорон он планирует возобновить работу.

— Я заплатить такую сумму просто не смогу. Как дальше будет решаться этот вопрос, я не знаю, — вздохнул отец.

Решение, которое не может быть исполнено

TUT.BY обратился к адвокатам, чтобы узнать, какие могут быть последствия для белорусской семьи в случае, если счет немецкой клиники не будет погашен в установленный срок. В адвокатской канцелярии Йоханнеса Энгельмана, которая находится в Берлине, нам сообщили, что, если немецкая сторона обратится в суд Германии с гражданским иском о взыскании с белорусской семьи суммы долга и выиграет дело, «это решение все равно не может быть признано и исполнено в Беларуси».

— Между странами нет соглашения о признании и исполнении по гражданским делам. Клиника будет лишь иметь решение немецкого суда, которое действительно 30 лет в Германии, которое не может быть исполнено в Беларуси, — сообщили в адвокатской канцелярии.

— А может ли немецкая клиника обратиться с гражданским иском в белорусский суд?

— Теоретически да. Для этого клиника должна дать поручение адвокату в Беларуси. Законы Беларуси предполагают такую возможность.

Благотворительные счета семьи Поливко не закрыты. Они действуют до сих пор. Желающие поддержать семью могут перечислить пожертвования по этим реквизитам:

Благотворительные счета открыты в филиале 121 ОАО «АСБ Беларусбанк», код 854
Счет бенефициара: BY50AKBB38193821006001200000 УНП 200 287 840
Назначение платежа: Благотворительная помощь Поливко Людмиле Павловне
Счет BY70AKBB31340000078191220136BYN
Паспорт АВ2929283 от 27.02.2015 выдан Ивановским РОВД
Номер МТС: +375298219821

БИК (для тех, кому нужен): AKBBBY2X

Адрес для почтовых переводов:
Брестская обл., г. Иваново, ул. Некрасова, 14.
Поливко Людмиле Павловне